Салос, Отрывок произведения Льва Толстого

Показать текст спойлера

И он пошел, как шел до Пашеньки, от деревни до деревни, сходясь и расходясь с странниками и странницами и прося Христа ради хлеба и ночлега. Изредка его бранила злая хозяйка, ругал выпивший мужик, но большей частью его кормили, поили, давали даже на дорогу. Его господское обличье располагало некоторых в его пользу. Некоторые, напротив, как бы радовались на то, что вот господин дошел также до нищеты. Но кротость его побеждала всех.
Он часто, находя в доме Евангелие, читал его, и люди всегда, везде все умилялись и удивлялись, как новое и вместе с тем давно знакомое слушали его.
Если удавалось ему послужить людям или советом, или грамотой, или уговором ссорящихся, он не видел благодарности, потому что уходил. И понемногу бог стал проявляться в нем.
Один раз он шел с двумя старушками и солдатом. Барин с барыней на шарабане, запряженном рысаком, и мужчина и дама верховые остановили их. Муж барыни ехал с дочерью верхами, а в шарабане ехала барыня с, очевидно, путешественником-французом.
Они остановили их, чтобы показать ему les pèlerins [8], которые по свойственному русскому народу суеверию, вместо того чтобы работать, ходят из места в место.
Они говорили по-французски, думая, что не понимают их.
— Demandez leur,— сказал француз,— s’ils sont bien sûrs de ce que leur pèlerinage est agréable à dieu.
Их спросили. Старушки отвечали:
— Как бог примет. Ногами-то были, сердцем будем ли?
Спросили солдата. Он сказал, что один, деться некуда. Спросили Касатского, кто он?
— Раб божий.
— Qu’est ce qu’il dit? Il ne répond pas.
— Il dit qu’il est un serviteur de dieu.
— Cela dit être un fils de prêtre. Il a de la race. Avez-vous de la petite monnaie?
У француза нашлась мелочь. И он всем роздал по двадцать копеек.
— Mais dites leur que ce n’est pas pour des cierges que je leur donne, mais pour qu’ils se régalent de thé; чай, чай,— улыбаясь,— pour vous, mon vieux,— сказал он, трепля рукой в перчатке Касатского по плечу.
— Спаси Христос,— ответил Касатский, не надевая шапки и кланяясь своей лысой головой.
И Касатскому особенно радостна была эта встреча, потому что он презрел людское мнение и сделал самое пустое, легкое — взял смиренно двадцать копеек и отдал их товарищу, слепому нищему. Чем меньше имело значения мнение людей, тем сильнее чувствовался бог.
Восемь месяцев проходил так Касатский, на девятом месяце его задержали в губернском городе, в приюте, в котором он ночевал с странниками, и как беспаспортного взяли в часть. На вопросы, где его билет и кто он, он отвечал, что билета у него нет, а что он раб божий. Его причислили к бродягам, судили и сослали в Сибирь.
В Сибири он поселился на заимке у богатого мужика и теперь живет там. Он работает у хозяина в огороде, и учит детей, и ходит за больными.

Это отрывок из повести Льва Толстого "Отец Сергий". Повести, в которой рассказана история не просто красавца, князя, блистательного офицера, человека, построившего и духовную карьеру, а перфекциониста. Повести, в которой Лев Николаевич доносит до нас мысль, что человек только тогда придет к Богу (Абсолюту, Познанию, Пониманию, Созерцанию), когда перестанет себя ценить, поставит себя ниже возможного. Такой себе интеллектуальный критицизм, форм которого множество - это и античные киники, и дервиши, и юродивые. Юродство как таковое в целом было довольно интересным явлением - люди, зачастую высокоинтеллектуальные, надевали на себя маски глупцов при этом полностью обнажались (в прямом и переносном смысле), ради мученичества и ради обличения пороков и в первую очередь царей и иже с ними. Зачем? Что получали взамен? И прав ли Лев Николаевич Толстой?

Это уж как повезет))))

В подобных вопросах нельзя быть правым или неправым. Нельзя по определению. Это тоже путь, путь к Богу. Ничем не лучше и не хуже других.

Нет.

Офигенно содержательно. Абаснуй.

ні

некоторым людям, чтобы избежать / побороть свою гордыню нужно вести аскетичный образ жизни, считать себя ниже всех остальных людей....