Ни дня без строчки

Показать текст спойлера

Первое, что бросалось в глаза, когда ты заходил к Исе, был кактус. Высокий, не очень толстый, с маленькими цветочками по всему телу и огромными шипами, торчащими во все стороны. И каждый раз, проходя мимо, если ты ещё не обвыкся к здешним обитателям, будешь волей-неволей пытаться избежать какого-либо контакта с шипастым гостем из пустынь.
Кактусы были главным её увлечением: большие и маленькие, с шипами и без, цветущие и нет, разноцветные и стандартные зелёные. Вся её одежда была с изображением пустынь и кактусов. Почти каждый разговор переводился на новую разновидность этих растений, выведенную где-то там, на другом материке или на спор о том, что кактусы всё-таки цветут.
Всё изменилось за один день.
Мимолётная встреча после работы, немного затянувшаяся, несколько слов, сказанных второпях, обмен телефонами, чтобы потом позвонить, и взгляд изумрудных глаз, смотрящих так, что трясутся поджилки.
Он не любил кактусы, не видел особого позитива в том, чтобы гоняться за каким-то необычным сортом по всему миру.
И колючих друзей становилось всё меньше. Сначала исчез самый большой, с просто огромными колючками. Лёгкая грусть и какая-то необъяснимая тоска, заселившаяся с тех пор в дальнем уголке души, была утоплена в море радости и какого-то щенячьего восторга от первой любви. Позже они возвращались, неизменно парой, неизменно увеличиваясь в размерах, но кто сможет досрочно снять с влюблённой девушки розовые очки.
И она не замечала, как ею постепенно начинают пользоваться, управлять движениями пальцев или бровей.
В квартире Иси исчезли все кактусы, кроме одного - маленький, ещё ни разу не показавший красоты своего цветка, а лишь отращивающий небольшие колючки, был её первым приобретением, купленным на первые заработанные деньги, и выбрасывать или продавать его не давала память о тех днях. Последний кактус перекочевал в самый дальний и тёмный угол, в котором вряд ли кто-либо найдёт его.
Романтическое свидание, поцелуй, трясущиеся колени и отвлёкший от самого интересного и пока что неизведанного телефонный звонок.
Женское любопытство, потянувшее посмотреть внутренность сумки, записка от какого-то Кирилла о каком-то пари. Злость, обида, разочарование; выпавшие из кармана пиджака проткнутые резинки. Ненависть. Расставание.
Глухая тоска и боль, нахлынувшие после этого случая, мешали жить. В каждом мимо проходящем она видела его. Хотела снова к нему прикоснуться и, одновременно с этим, причинить ему такую же боль, как и он ей.
Генеральная уборка, призванная отвлечь от глупых переживаний, как и купленная несколько дней назад кошка, найденный в самом тёмном углу за книжной полкой кактус, вызвавшись улыбку.
Жизнь возвращалась на свои круги. Кактусы возвращались в её квартиру. Только теперь в ней была серая пятнисто-полосатая кошка Рысь, а почётное место на подоконнике занимал лишь один кактус. Небольшой, слегка потрёпанный кошкой и уже давними событиями, вот-вот откроющий свой первый бутон.

Задание 3.6 «Обыгрывание заданной цитаты в произведении» «Крылья — свобода, только когда раскрыты в полёте, за спиной они — тяжесть.» Следующее задание — не раньше 19 июня 23 июня. Удачи и вдохновения!

Задание 5.7 «Известный персонаж» — и последнее из круга. Небольшой кактус, слегка потрепанный жизнью и кошкой. Мирно стоит на подоконнике. На его макушке зреет бутон, который вот-вот должен распуститься. Следующее задание — не раньше 12 марта 2018 года, Акция! За работы до 9 марта 2018 года баллы даются в двойном объеме! От меня лично дополнительная плюшка, а всем участницам - цветы. Удачи и вдохновения!

Показать текст спойлера

Каждые родители хотят, чтобы их ребёнок был самым лучшим. Пока он еще новорожденный, родители говорят всем, «какой он миленький и сладенький, он всегда таким будет».
Через пару лет, впрочем, родители часто разочаровываются, ведь к трем четырем годам характер у ребёнка может поменятся.
Когда ребенок начинает ходить в школу, родители представляют его лучшим учеником с золотой медалью, а после школы, студентом Оксфорда или, например, великим ученым.
Таким образом, родители создают себе некую иллюзию, а ведь нужно принять ребенка таким, какой он есть, и во всем его поддерживать.

Показать текст спойлера

- Итак, эта история случилась недавно, если судить по общепринятым временным рамкам Сарерны, то есть, если переводить на время планеты, где мы находимся сейчас, то это... - мужчина, похожий на обычного землянина и отличаючийся лишь отсвечивающей в темноте шевелюрой и полностью чёрными глазами, посмотрел в сторону от объектива камеры, для того, чтобы рассмотреть поближе какую-то запись, находящуюся за пределами видимости маленького мирка видеосъёмки, даже привстав с искусно вырезанного деревяного кресла. Рассмотрев, что ему требовалось, Урсет возвратился в исходное положение, причём так точно, что, вырежь кто-то тот момент с уточнением времени, ничто бы не указывало на это, и продолжил повествовать. - То это примерно двадцать лет назад по земному времени. М-да... это был самый, казалось бы, обычный день. Но именно тогда я познакомился с такой очаровательной особой, как моя жена Ракша, которая согласилась поработать.. этим, как его.. оператором.

6 сентября 14:20|60:10,0

- Урс, ты так и не ответил на мой вопрос! - за высоким лусидом*, несколько забавно перебирая короткими членистообразными ногами, поспешал низкорослый мужчина, даже на десятый взгляд кажущийся более уместным в хлебопекарной лавке, которых в последнее время в этом районе не то что с огнём - с наилучшими лазерными фонарями не сыщешь. И этот факт был несколько более неприятным лусиду, уже который день существующему лишь благодаря своевременным дозам энергетика, стабилизирующего его состояние, нежели отсутствие ответа на какой-то там вопрос коллеги и друга по совместительству.
- Ты и так знаешь моё мнение на этот счёт. И изменять я его не намерен. Женщины, не зависимо от расы, ничем не отличаются от мужчин, не считая физиологии. А всё, что говорит иначе - вздор или глупейшее заблуждение.
- Но с фактами... - начал было заводить старую шарманку Ксен, когда мир вокруг внезапно содрогнулся и их переместило в другой район этой планеты, считающейся чем-то вроде нейтральной територией для всех рас, в основном, из-за одной своей немаловажной особенности, что была продемонстрирована. Привычный к подобным выходкам окружающей среды - в большинстве своём антроподы*, к числу которых относился и немалоизвестный своими теориями и работами учёный Ксендар-укверс, произошли именно из подобных мест, - членистоногий гуманоид собирался было продолжить в который раз убеждать своего коллегу, не удосужившись даже осмотреться, как был весьма некультурно, причём им же, перебит.
- Факты, друг мой, весьма спорная вещь. Об обычаях Земли XVIII века ничего достоверно не известно, - в отличии от своего товарища, лусид не жаждал продолжать спор в процессе падения в жерло вулкана, а посему с напряжением огляделся, пытаясь вспомнить, какие особенности имел данная область.
И, судя по всему, они оказались в одном из тех мест, которое носило многошаровй характер, состояло из нескольких ярусов и... кажется, тот факт, который настойчиво избегал головы Урсета был главным определяющим в этой характеристике. Площадка, по которой они шли, была усажена различными цветами, среди которых можно было найти самые невероятные окрасы и ароматы, аккуратные дорожки, подстриженые деревья и изысканные скульптуры носили лёгкий, иногра даже романтический настрой, приводя к мысли о том, что здесь приложила руку не одна женщина - только у них получалось из вряд ли совместимых вещей соорудить нечто, в хорошем значении этого слова, естесственно. Если бы спутникам удалось бы посмотреть под этот ярус, по которому они шли, то лицезреть им пришлось бы невероятного уюта кафе, под ним - небольшой сад, а затем следовал лишь весьма внушительный провал, где-то далеко внизу заканчивающийся железными листами Рабочего Квартала.
- Женщины... - задумчиво пробормотал Сет, пытаясь ухватить звенящую мысль за хвост, пока что - с печальным успехом.
- Верно, я сейчас говорил о том, что женщины - слабый пол, и так было всегда.
Но стоило лишь антоподу окончить свою мысль, как тут же благоприятная для прогулки дорожка, потрескавшись, исчезла, и учёные, не успев что-либо сообразить, рухнули на крышу заведения, располагавшегося ниже.
- Кзен, - от некоторой злости на коллегу акцент лусида стал более заметен, нежели обычно, - езли ты ещё раз скажеш-шь этзо...
- И скажу. Женщины - слабый пол! И это независимо от твоего на то мне... - ожидаемый для лусида очередной провал всё же вышиб из него дух.
- Ради чего угодно - замолчи!! - не имея желания исследовать следующий ярус, Урсет, подобно котёнку, боящемуся спрыгнуть на землю, ухватился за ветку какого-то дерева, выпустив когти в надежде на то, что толстокожесть Ксендара всё же даст слабину, или его хотя бы не затянет в пространственную дыру.
Где они находились, Урс понял ещё тогда, когда летел первый раз. Данный микромир был создан для отдыха женщинами разных рас, отчего каждая фраза, звучавшая здесь, почти сразу приводилась в действие. И, если Ксен говорил о слабости женщин как пола... Сет в который раз ощутил чувство полёта - всё-таки его коллега настоял на своей позиции в который раз.
Их ожидал весьма затянутое приземление.

***

Появление рядом с ними девушки, одетой, если припомнить увлечённые монологи антропода, по последнему писку моды середины XVIII века Земли, для них обоих было весьма неожиданным. Превосходительственный взгляд Ксена

Превосходительственный взгляд Ксена (ну и что я тебе говорил)

лусиду был несколько неприятен, как и всегда в том случае, когда он чувствовал и видел свою неправоту, поэтому, когда юная особа с наслаждением сняла кринолин и верхние юбки, после чего разрезала корсаж неизвестно откуда появившимся лезвием и несколько облегчённо выдохнула, Сет искренне возрадовался её пренебрежительному отношению к нарядам (ведь, если следовать работам Ксендара, все девушки невероятно трепетно относятся к одеждам, косметике и драгоценным украшением).
Когда же внимание девушки сконцентрировалось на двух мужчинах, летящих рядом, она, тонко вскрикнув, прижала к себе останки платья и большими глазами посмотрела на представителей иных рас. А первый вопрос, заданый прелестным голоском, ошеломил лусида, окончательно попутав его представления о женщинах.
- А вы точно не из ВСБ

ВСБ (Всемирной Службы Безопасности богатых господ и дам)

?
Заверения, предоставленные ими, по опровержению данного вопроса, были приняты с совершенно невинным и несчасным лицом. После чего последовала душераздирающая история, несущая элементы слёз и рыданий, о том, как осиротевшую девочку из приюта продали в рабство одному ужасному господину, о том, как он измывался над бедным ребёнком, а когда она доросла до определённого возраста, продал своему дружку, который продолжил издевательства над бедной и несчасной виргинем*, используя её для удовлетворения своих животных порывов, и вновь перепродал в рабство, на этот раз - в дорогущий бордель... И только сейчас она смогла сбежать...
- И если кто-то из вас меня сдаст вэ-эс-бэшникам, месть моя будет долгой и мучительной,
- резко прекратив трагедию в шести актах, девушка с хладнокровным взглядом, достойным лучшего киллера, приставила к их уязвимым местам по лезвию, выражая серьёзность своих намерений.
Как они нашли общую тему для разговора и не убили друг друга, Урсет не помнил. Однако тот факт, что Ракша прочно засела в его сердце и они ещё долго болтали, зависнув в двух локтях.от амортизирующих металлических плит, ему часто припоминал Ксендар, простоявший рядом с ними лишь пару часов.


* Все названия рас взяты из латыни.
Лусид - lucidum (светящийся)
Антропод - arthropoda (членистоногий)
Виргинем - virginem (девственница)

Показать текст спойлера

Ловец снов незаметно для самого себя начал скучать в дороге.
Они ехали в большой машине, со сцепленными кузовами и проходами между ними, как в вагонах паровоза. Грузовик мчался по ухабистому бездорожью, подскакивая на каждой кочке. Мужчине казалось, что кто-нибудь обязательно должен будет стукнуться головой если не на этой кочке, то на следующей точно. Но все вцепились в трубы, которые были приварены по всему периметру кузова, наподобие перил. Ловец последовал их примеру. Он практически оплёл трубу руками и с каждым подскоком пытался вцепиться в нее еще крепче. Вскоре дорога стала помягче, но теперь машина стала сильно вилять. Мятежники опустились на пол, чтобы их не кидало из стороны в сторону.
Замешкавшийся Ловец остался стоять в одиночестве, а от этого на него сразу обратили внимание.
Люди вокруг стали переговариваться и не всегда Сказочник мог с гордостью сказать, что хорошо понимает, о чем они. Так, например, один приказал другому ползти в какую-то голову и позвать рыжую. Все эти слова были хорошо ему знакомы, но вместе не несли никакого смысла.
Понять ему помогло то, что он наконец обернулся и увидел, как мужчина средних лет на коленях пополз к переходу между кузовами.
- Голова, видать, это начало. – Сам себе заключил он и умно кивнул своему заключению.
Ловец снов радостно заулыбался, представив, что едет внутри длинного монстра, а человек пополз действительно к его голове. Увы, он не умел скрывать свои чувства от других, тем более, радость и веселье. Ведь это те чувства, которыми надо делиться, заражать.
- Сядь! – раздался откуда-то приказ. – Сядь, а то грохнешься! Кто ты вообще такой чудной?!
Сказочник сел, но ответить не успел, как в их кузов вползли два человека: сперва мужчина, затем девушка, - и внимание всех переключилось на нее.
- Что у вас? – уставшим голосом поинтересовалась она.
Удивительно, казалось, что совсем недавно она кричала с бочек и зажигала своим голосом толпу людей, а сейчас ее голос был уставшим и бесцветным. Ловец подумал, что ее голос как листок яркой бумаги. Если его долго держать на солнце, то он выгорит. Так и ее голос – был слишком громок, слишком вездесущ, его слышало слишком много людей, а теперь он тихий и предназначен только для самых близких, тех, кто поймет и так.
- Вот. – Мужчина кивнул в сторону Ловца, - лишний.
Только сейчас девушка обратила на него внимание. Она направилась к нему.
- Сейчас разберемся. - Сказала она громко, чтобы услышали все. Дальше диалог-допрос велся более тихим голосом и, вряд ли, их кто-то слышал, потому что даже Ловцу приходилось прислушиваться, чтобы различать слова среди шума дороги. – Кем будешь? – это уже к Ловцу.
Сказочник был немного удивлен формой вопроса, но решил, что и ответить надо по той же форме.
- Буду Ловцом, - честно признался он.
- И кого же ты ловишь?
- Сны.
- Кого? – удивилась девушка.
Конечно, и сам Сказочник считал, что сны живые и к ним стоит относится, как к «кого», но все-таки это было странно для человека и простота Ловца натолкнула его на мысль, что девушка явно та, кого он ищет, ведь она знает про сны больше, чем другие.
- Сны. Ловлю сны. Поэтому я Ловец снов.
Девушка озадаченно моргнула и уставилась на мужчину.
- О чем ты?
- Ловлю сны… - что-то шло не так. Улыбка пропала с его лица, но он продолжал заискивающе смотреть на нее – вдруг она все же понимает, и он не ошибся!
Но девушка молчала. Она думала о том, при каких обстоятельства и где увидела его сегодня. Возле одного из домов Ордена «Знающих». Следовательно, он либо один из ордена, либо… Единственное, что пришло ей на ум, так это то, что он каким-то образом вырвался из-под влияния Ордена и теперь был не от мира сего. Этот вариант подходил и под его странную и чистую одежду, и под то, что он нес бессмыслицу. Она решила задать еще вопросов, чтобы убедиться, что он не один из тех, против кого они выступают.
- От куда ты?
- Я оттуда, - он поднял палец вверх. – Но мой дом растаял по желанию Вселенной, а ее приспешник хотел меня убить, но потом он отправился со мной на поиски того, кто сможет вернуть в Мир сны. Я не думал, что будет так просто, но я почти сразу встретил тебя!
Он замолчал. Но его новоявленная спасительница мире не спешила радоваться представленной ей возможности или даже просто отвечать. Слишком много информации, которые она старалась понять, сопоставив со своей реальностью. Тем временем Ловец решил представить ее своему спутнику.
- А это мой друг. Ты только не смейся, он очень раним в этом плане. А в тапочке он сидит, потому что прячется от его матери Вселенной.
Девушка задержала дыхание и шумно выдохнула в тот момент, когда их длинный авто-монстр наконец остановился. Наблюдая картину мужчины, который разговаривал с тапком-кроликом и пытался уговорить кого-то выйти оттуда полностью подтверждала ее теорию о том, что он сумасшедший. Но кроме этого в ее голове вырисовывалась картина со слов Ловца. Орден уничтожил его дом, пытался убить, но он вырвался и рехнулся. С одной стороны, ее это радовало – первый, кто вырвался из Ордена, а с другой стороны – от него вряд ли получится узнать что-то полезное.
- Хватит. – Она уже решила, что с нее хватит на этот день и собралась уходить.
- Отправьте его в приют, может там приживется. Он не опасен, но и нам не поможет. – Распорядилась девушка и, махнув рукой группе людей у головы машины, пошла дальше.
- Лиза, кажется ты ему нравишься и теперь он будет жить у тебя! – крикнул высокий парень шутя.
Но Ловец не почувствовал здесь никакой издевки, а идея жить рядом с тем, кого ему предстоит обучать ему была по вкусу.
- Ты куда? – спросила девушка, повернувшись к Сказочнику.
- Жить у тебя буду. Как он сказал. – Подтвердил мужчина.
- Только этого не хватало!
Но реши, что с этим она разберется завтра, девушка махнула рукой на своего нового провожатого.
- Заходи, чувствуй себя, как дома. Родители на заводе в ночную смену опять, брат где-то тут шатается. Спать можешь, - она хотела пошутить, что на коврике, но сдержалась, - на диване.
- Хорошо, где у вас кухня и чай? – сразу поинтересовался Ловец, ведь первое, что делал после тяжелого дня это чашка теплого чая с лимоном.
- Вот сразу? А где же скромность, потоптаться в дверях, решить, что тебе уже пора и незачем напрягать хозяев? – возмущалась Лиза, идя на кухню. Ловец последовал за ней.
Сказочник хотел сам сделать им чай, но решил, что с хозяйкой лучше не спорить, особенно после того, как она грюкнула дверцей шкафчика и стукнула чашками по столу. Спустя три с половиной минуты он пил очередной невкусный в его жизни чай. Ловца всегда удивляло, почему, имея возможность делать что-то идеально, делается такая редкостная гадость: чаинки как осиный рой моментально поднялись на верх кружки и пытались залезть в рот при каждом глотке, к тому же в нем не было лимона и было много сахара. С тем же успехом он мог просто попить мед! Но возмущаться он не стал, все-таки он гость.
Девушка быстро выпила свой чай. Последним глотком она запила пилюлю для сна и отправилась к себе в комнату. Уже около самой двери ее настиг голос Ловца:
- Спокойной ночи, Лиза.
- Чего спокойного? – устало переспросила она, уже открыв дверь и шагнув внутрь.
- Ммм, доброй ночи, - нашелся мужчина.
- И вам, сумасшедший ловец.
Сказочник ни капельки не обиделся. Он считал, что все сумасшедши, каждый в своей степени и тут нет ничего обидного.
Допивать чай он не стал, так как как бы он не старался выловить все чаинки, у него этого не получалось. Ловец отправился на поиски своего дивана. Учитывая то, что из незакрытых комнат была только одна, туда он и направился. Но диван оказался уже занят. На нем сидел темный мальчик лет четырнадцати.
- Это мой диван и мне на нем велено спать. – Решил сообщить Ловец, потому что других вариантов у него не было.
Мальчик не услышал. В его руках был какой-то продолговатый черный предмет, который издавал пищащие звуки при каждом нажатии на него. Эта вещь поглотила все внимание мальчика.
Ловец подошел и сел рядом. Он не знал, стоит ли повториться или просто подождать, пока его заметят. Но это уже было ни к чему. Мальчик смотрел на него наглым, слегка затуманенным взглядом.
- Кто? – спросил мальчик.
- Ловец снов. – представился мужчина. – А ты брат Лизы.
- Ага, Дима, - и его снова поглотила игрушка.
Сказочник осмотрел комнату. Диван, стул, стол, шкаф со всякой мелочью и книгами. Это ему подходило. Почитать на ночь не помешало бы, чтобы отвлечься от этого дня и выспаться перед грядущим.
В этом доме была очень маленькая библиотека: свод каких-то правил, энциклопедия и томик сказок. Ловец извлек с полки сказки и сел рядом с мальчиком.
- Что ты делаешь? – удивился тот.
- Собираюсь читать, - просто ответил Ловец, ведь нет ничего удивительного в этом.
- Это? – пренебрежительно поинтересовался Дима. – Там ведь ничего не понятно.
- Почему же непонятно? Смотри, - он открыл книгу на «Сказке о рыбаке и рыбке». – Вот сказка, очень старая, но поучительная. В ней рыбак пошел ловить рыбу, но поймал говорящую, решил сжалиться и отпустил. А она пообещала, что выполнит его желание. Не помню всего и точно, но рыбак точно ходил к рыбке несколько раз, а она все выполняла желания жены рыбака. Кстати, женщина эта была очень завистлива и всегда хотела того, что у нее не было. А вот когда она захотела занять место рыбки, то рыбка рассердилась и вернула ее туда, где она была до первого желания – у разбитого корыта.
Мальчик уже давно играл в свою пищащую штуку, а мужчина, не замечая этого, продолжал рассказывать:
- Вот и получается, что не надо прыгать выше своей головы за счет других, - закончил Сказочник быстрый пересказ сказки, ведь он считал, что ребенок должен знать сказку и вдаваться в подробности нет смысла.
- Что ты делаешь, старче? – спросил у Димы Ловец, улыбаясь.
- А? В том, что ты говоришь нет смысла и мне не интересно. Какой-то рыбак, какая-то рыба. Чушь какая-то. Правильно говорит мама, что этой бессмыслице тут не место, лучше бы папа каких-нибудь кодексов принес в дом!
Ловец не мог понять, но все вставало на свои места. В этом доме не было почти книг, потому что никто их не читал. Никто не мог представить, вообразить того, что было в них написано. Сказочник расстроился и хотел уже лечь спать, чтобы день поскорее закончился вместе со всеми проблемами этого дня.
- Я тут спать буду, - Ловец указал на диван под собой.
- Спать? - Дима посмотрел на часы с ужасом. – О нет.
И от мальчика пропал след, только удар двери его комнаты еще какое-то время разносился в голове Ловца снов.
Ловец не знал, что в этом дне было страшнее: умерший мальчик Андрей или то, что в новом мире были сказки, но никто не читал их, не имея воображения, фантазии и не умея представлять себе то, что написано.
Он достал из рюкзака тапочек-кролика и положил возле подушки.
- Сладких снов, Лиза, надеюсь, уже скоро.

Показать текст спойлера

- Алоха, бабуля! – в комнату вошла девушка в легком шелковистом платье нежно-зеленого цвета.
- Привет, привет, Ирма! Ох и не привыкну я к вашим жаргонным словечкам! – ответила девушке молодая женщина, оторвавшись от своего отражения в зеркале.
- Куда прихорашиваешься?
- На работе новенький коллега. На свидание позвал.
- Надеюсь, он моложе того старомодного скучного пенька! – надула губки внучка.
- Ох, дорогая моя! Вы, молодежь, ничего не понимаете в этой жизни! – женщина накрасила лаком ногти и полюбовалась результатом. Густая субстанция мгновенно высохла и приобрела темно-бордовый оттенок. Поморщившись, женщина подвигала пальцами и лак начал стремительно менять оттенки – лиловый, нежно-розовый, малиновый, голубой. Наконец удовлетворившись результатом она кивнула и продолжила беседу. – Вы – крохотные пташки, приученные жить в этом райском саду. Вы даже не понимаете – каково это – ходить по магазинам, выбирая продукты на неделю.
- А зачем, ба? Нам и так ежедневно поставляют продукты прямо на кухню. Они все свежие и полезные.
- Как ты не понимаешь? Это же целый ритуал – выбирать из десятка батонов разных фирм то, что ты хочешь. А можешь вообще не брать хлеб, а съездить в пекарню и взять хрустящий батон.
- Так они и без того свежие и хрустящие. Я не понимаю – зачем нужно столько фирм, если есть качественный поставщик.
- Вот именно! Ты не понимаешь. У вас украли возможность выбора! – женщина печально покачала головой и добавила, - И у нас тоже. Столько прекрасного было в моей молодости! Все люди были разными – сразу можно было понять - кто молод, кто стар, кто болен, кто здоров, кто беден, а кто богат. Люди рождались от любви, а не программировались бездушной машиной!
- А разве это хорошо? – с сомнением в голосе спросила Ирма, - Ведь если еще на стадии зачатия запрограммировать устойчивость к болезням, долголетие и другие полезные функции, то многих проблем можно было избежать. И зачем копить богатство, если все люди и без того живут безбедно. Люди смогли решить проблему продовольствия и победить голод. Почему это плохо?
- Да потому, что вы не знаете всего этого. Как вы можете понять человека – надежен он или нет, пока не пройдете с ним дорогу, длинною в жизнь, пока не влезете вместе в ипотеку на тридцать лет, пока не родите ребенка в тот момент, когда на мир обрушивается кризис. Поэтому вы все такие замечательные феечки и нет среди людей червоточины. Но, помяни мое слово, стоит случиться какой беде, ты даже не узнаешь, как изменятся все твои друзья!
- Да что такого может случиться? Производство автоматизировано. Все под контролем. Скажешь тоже. Ты лучше посмотри, какая ты у меня красивая! Неужели это плохо?
- Да какое там? – отмахнулась женщина, надевая шляпку, - Зачем мне вот так выглядеть, если в душе я вижу собственное отражение и знаю, как выглядит сморщенная старуха. Ну все. Я пошла. Долго не засиживайся за написанием стихов.
- А что делать, если не получается? Вдохновения нет совсем.
- А! Дорогая, - хитро протянула женщина, - это потому, что ты все в счастье витаешь и не знаешь что такое боль, горе и страдания. Для вдохновения нужны как полет, так и падения.
Женщина вышла на улицу, окунувшись в благоухающие ароматы цветущего сада. Под стелилась шелковистая травушка-муравушка.
- Да кто оценит эту красоту? - подумала она, мягко ступая по живому ковру, - Если никто никогда не ездил в переполненном вагоне метро, возвращаясь из душного загазованного центра в спальный район.
Ирма проводила взглядом бабушку и тяжело вздохнула.
- А может права бабуля?
Она загрузила список сеансов негативо-терапии и выбрала поход по магазинам. Моргнул свет и комната преобразилась. Девушка теперь стояла с тележкой посреди жуткой толчеи. Какая-то дама грубо пихнула ее в бок, протискиваясь к прилавку. Ирма остановилась у стеллажа с хлебом. Хлебобулочные изделия выглядели не слишком аппетитно – запаянные в пленку, тяжелые, абсолютно не воздушные – они отбивали любую охоту их покупать. Но, чтобы пройти этот квест и вернуться в родную реальность, ей нужно было определиться. А впереди еще колбасный отдел и очередь в кассу.

Это сообщение отредактировал Date Masamune - Nov 25 2015, 20:02