Г: Городская Глотка

Мне казалось, что городу грустно. Он так жалобно визжал резиной вдали от шиномонтажа, покато переливался бензиновыми слезами, дышал клубами сигаретного дыма, глотал его, задыхался и совал пальцы в глотку. Будто давным-давно проглотил пакетик героина, переходя границу двадцатого, да так и сипит, гостеприимный.
Но это только кажется.
А на самом деле городу абсолютно плевать.
Посмотри, посмотри вокруг. Он похож на металлический шар с большим мясным ядром. Производители с фольгой перестарались, но оббить можно, подплавить, добраться.
Мясо гниёт и плодит сотни червей. Черви дышат пустотой между молекулами. Мы дышим мутной пустотой.
- Что ты несёшь? - мы смеёмся, пустота сжимается и легче проникает в глотку. Шёлковым платком на твоей шее. Так серебрится.
- Ты похожа на телевизионные помехи, - серьёзно заметил я. - Ну, знаешь. Смола, серебро и досада.
- А ты похож на дебила.
- Агась.
Или городу грустно понимать своё равнодушие. В кино всегда так - злодею плохо, потому что он плохой и хочет быть плохим, а ему дают. Неправильно это. Город взрослеет, но никогда не стареет. Он пережил всех своих червей - никто не любит быть едомым заживо, знаешь. Это неприятно.
Что же делать. Город не даст нам жить, пока его не вывернет героином на тротуар, да и после этого не даст. Какая жизнь с героином на тротуаре.
Что же делать.
Ты ткнула пальцем в вокзальные часы.
- Давай украдём время?

Вечером часы умолкли. Их лёгкие замерли на журнальном столике, а потом ожили в корпусе телевизионного пульта.
Мы лежим на чужих коленях.
Город всё ещё жив.